Аркхейм

Цитата: Кайрос от Вчера в 23:23:34@Энфир В смысле, "забрать"?

В эпизод ахаххахаалвлуоашалваь

@Кайрос вы можете остаться подольше, до вечера или даже на несколько дней и лео с радостью угостит вас мороженым

@Кайрос мне очень жаль, что вы упустили возможность покушать фалуде.. Но зато мы с вами можем пойти охотиться на многоножек! Я уверен, на Климбахе это способ приятно провести время.

Именно к полуночи приходят мысли: "Эх, сейчас бы шаурму..."

@Энфир

Окак. Надо мне тоже Кайроса забрать :з

В смысле, "забрать"?

Ура, я раздал долги, остались только многоножки для Мастера Кайроса.

Они прошли по выложенным каменным дорожкам сада, вышли на деревянную террасу, — по правую руку  открывался прекрасный вид на внутренний дворик, а изогнутую крышу поддерживали алые колонны, а по левую коридор, выкрашенный светло-зеленой краской, в которой стояли красно-золотые узорчатые панели, что то открывались, мягко отъезжая в стену, и из них выходили слуги, то вновь закрывались — и они сами зашли в одну из таких дверей, прошли чуть дальше по коридору, снова завернули куда-то... И внезапно оказались в шикарном зале, по центру которого стоял величественным мужчина с тем самым выражением лица, которое можно было назвать надменным, но из-за длины родословной все очень вежливо называли его царственным. За ним стояла статная женщина с лицом, исполненном четко выверенной трагической грусти, а по другое плечо — молодой мужчина, обладающий сходством и с надменным мужчиной, и с женщиной — и, отдаленно, с Нимуэ, то ли разрезом глаз своих, то ли линией подбородка.

Князь, княгиня... вероятно, первая, судя по тому, как Нимуэ инстинктивно застыла и опустила очи долу, а рядом, получается, сын наследник, юный княжич Мао, мрачный и молчаливый, взирающий на всех суровым взглядом.

А потом им объявили, что придется вернутся назад — Лео услышал это и тут же расстроился. Его первое самостоятельное наречение, священный ритуал оказался под угрозой! Ему придется вернутся в Церковь смущенным и грустным, и снова пребывать в текущих буднях, когда он выполнял роль простого диакона, хотя вообще он уже давно викарий.

— Господин Мао, — произнес он, — возможно, мы сможем остаться и как-то помочь? Мы проделали долгий путь, и будет очень печально, если он окажется попусту. Я уверен, преступник будет найден, и тогда стоит немедля провести ритуал имянаречения, чтоб молодой господин был наконец, как положено, представлен богу и духу-покровителю.

Слова его, видимо, не сильно впечатлили главу семьи — Леонардо видел, как верхняя губа Мао слегка дернулась, будто он почуял нечто дурно пахнущее, но был слишком культурен, чтоб это показать. Он пронзил Леонардо суровым взглядом, который, верно, должен был заставить устыдится его ничтожности, но Леонардо слишком привык к такому, и на все презрительные взгляды у него давно выработался иммунитет.

— Вы можете помочь, — объявил князь снисходительно, будто это у них сейчас были проблемы, — я могу допустить Вас до поисков, если вы не будете превышать свои полномочия и не станете распространяться о произошедшем. Все же, это весьма тонкий и деликатный вопрос.

Лео послушно кивнул, мысленно закатив глаза, и направился с подошедшей служанкой в комнату, которую ему выделили. Она оказалась весьма богато украшенной — большая кровать под балдахином, расписанная тонкой кистью ваза, в которой стояли свежесрезанные пионы, на которых еще видны были капли дождя, свитки с рисунками журавлей и гор, висящие на стенах, мягкий ковер. Лео почувствовал себя немного неуютно — он никогда не жил в таких громадных комнатах, и уж точно никогда не спал в кровати под балдахином, и ему ужасно захотелось поймать служанку, и спросить, может ли он спать вместе со слугами, так как вряд ли здесь будут кельи.

Но служанка уже ушла, растворившись, будто утренний туман, столь тихо и незаметно, что Лео мог только восхитится ее опытностью, — а потому ему ничего не оставалось, кроме как достать идола и поставить на подоконник, чтоб тот ловил солнечные лучи, и, оправив рясу и высушив напитавшиеся влагой одежды теплым потоком ветра, направился гулять по дворцу.

Лео искал слуг — он и так хотел их посетить, а после того, как узнал о краже, возжелал поговорить с ними особенно. Господа очень редко обращали внимания на прислугу, часто воспринимая ее скорее как деталь интерьера, — а те ведь многое подмечали.

Он вышел через какой-то из второстепенных выходов обратно в сад — уже в совершенно другую его часть, — и огляделся, пытаясь найти хоть кого-то, с кем можно было поболтать. Из-за дождя народу было действительно мало, Лео пришлось пройти по каменным тропинкам вглубь сада, к дворцовой стене, чтоб обнаружить там домик поскромнее, спрятанный за кустами, чтоб не портил пейзаж, и несколько людей в простых одеждах.Пахло суетой, жизнью и простой кашей.

— Добрый день, — обратился он, ласково улыбнувшись слугам, — меня зовут отец Леонардо, я архист. Скажите, тут есть верующие? Или просто желающие поговорить? Меня так заинтересовал местный был и уклад, хотелось бы узнать поподробнее, если я не буду отвлекать.

В животе у Лео заурчало, он смущенно хмыкнул и покраснел, сцепив руки.

— Простите, только с дороги. У вас не найдется, чем поживится? Я не нахлебник, не подумайте, я и сам приготовлю, если что.