У него было две вещи - меч, который не сломается, и война, которая никогда не закончится.
Наэрхида частенько слышала, как исследователи перебрасывались шутками, обсуждая своих подопытных, у которых не было даже имён. Им давали лишь прозвища или просто называли по номерам. То ли в последовательности участия в опытах, то ли в соответствии с номерами камер. Когда демиурга необходимо было перевести из одной лаборатории в другой корпус крепости, её вели в клетке, без физических стен и дверей, ограниченные смертоносным силовым полем, где содержали как она могущественных объектов для экспериментов. Но одно имя повторяли чаще, чем остальные, полушёпотом или выкрикивали как проклятие. Его называли «Красный мятежник» - разрушителем храмов Уробороса. Из-за него постоянно усиливали защиту крепости.
– Полное неприятие. Увеличиваем дозу гормона, изменить построение рун в круге,– приказал алхимик, скрипнув зубами от злости.
– Пульс и давление в норме, – спустя несколько секунд сообщил помощник, не отрывавший взгляда от магического поля, считывающего физиологические показатели демиурга.
Ксенос-армада место, где разум терялся в бездне безумия, а сердце стучало в унисон с ритмом хаоса. "Я должна сохранить рассудок", - тихо, шепча, бормотала Наэрхида, царапая ногтём, твёрдую поверхность каменной плиты алтаря, на которой лежала. Её взгляд неотрывно смотрел в потолок, пока гремучая смесь из зелья и магии обволакивала её органы, впитывалась в кости, проступала испариной из-под кожи. Казалось, что может искать взгляд демиурга в этом проклятом месте, где царит расчётливая, безжалостная наука и мрак? Надежду? Наэрхида представляла себя планетой среди космического холод и чернильной тьмы пространства, исколотого мириадами ярких, колючих звёзд, как иглы с раствором, входящие в её воспалённые вены. Планета, которая превратилось в точку, и уже не грела, лишь слабо светилась отраженным светом, непроницаемый облачный покров планеты-гиганта с тёмными покоробленными горошинами, сплошь покрытыми оспинами метеоритных кратеров.
Сосущее, отравляющее чувство голода, потому что её рвало несколько дней после ритуала, вновь напомнило себе. Истощение, звон в ушах и жажда. Он ослеплял, заставлял вопить. Когда голод сводил кости, жжёг под рёбрами, она слышала шум, сводящий с ума. Ни раз алхимики пропитывали еду снадобьями и всевозможными добавками, чтобы подготовить её тело к следующей стадии эксперимента. Еда легко усваивалась, но не приносила насыщения. Каждый новый эксперимент оставлял внутри след, который Наэрхида могла «прочитать», словно код. Понимание того, что её тело – лишь набор данных, заставляло её искать способ вырваться из этой программы. Демиург уже отчаялась сбежать отсюда. Ни один из известных ей способов побега не сработал за все проведенные столетия в заточении. Стены Ксенос‐армады были слишком твёрдыми и, похоже, зачарованными, потому что при попытке использовать силу для разрушения камней её магия просто рассеивалась. Руны, как и печать Уробороса, влияли на её потоки, блокируя. Охранник, который приносил еду, даже не отвечал на её просьбы и обещания озолотить его, если он поможет ей сбежать.
В один из дней всё изменилось. Резко и бесповоротно. Под пальцами чувствовалась странная вибрация - создавалось впечатление, что вся реальность на грани разрыва. Шум на верхних этажах, крики и скрежет металла не походили на всё, что она слышала, будучи пленницей крепости. Что-то или кто-то стремительно приближался. Четверо охранников, стоявших неподалёку, напряглись, переглянулись. Потом, одна из стен зала, огромный кусок, просто исчез, оставив после себя дрожащий воздух, осколки глыб и мутную пыль. Этот момент был невероятным и ужасным: камень, который ещё секунду назад был частью храма, разрушился и его не стало. Наэрхида открыла зажмуренные глаза, огляделась, пытаясь осознать, что произошло. Вестник разрушения внешне имел чёрный костяной хвост, закованный в хитин силуэт, поражавший своей сокрушительной мощью. «Откуда он взялся? Почему он здесь? Ещё одно порождение экспериментов Уробороса?» вопросы заполонили воспаленный разум Наэрхиды. Их взгляды встретились. Один из охранников назвал его «Красный мятежник». Несколько мгновений они смотрели друг на друга, и какое-то непонятное чувство подсказало Наэрхиде: вот оно! Это был её долгожданный шанс на побег, который она просто не имела права упустить. Главным было не попасть под огонь обеих сторон и незаметно миновать ряды осаждающих. Путь к свободе был так близок, но опасен. На несколько секунд в камере появился запах свежего воздуха. Это напомнило ей о мире за стенами, заставив почувствовать, что жизнь ещё может быть иной. Следующий удар Красного мятежника совершил невозможное. Трещина, брешь в защитном поле рун, которым Наэрхида воспользовалась, чтобы освободиться из плена алтаря. Дикий рёв демиурга разнёсся по лаборатории. Леденящий душу, страшный и при этом триумфальный. Рывком, приблизившись к стражнику, что метнулся к артефакту тревоги, правой рукой из тех немногих сил, что она смогла скопить, демиург ударила в корпус. Раньше, чтобы сокрушить врага, хватило бы заклинания или взмаха оружия, но сейчас эти инструменты были ей недоступны. Слишком долго её сила подавлялась. После удара охранник врезался в стену позади, оставшись на ногах. Наэрхида был готов отразить его атаку, либо отступить, если посчитает, что не справится, но тогда ей не выбраться. Не теряя выигранного преимущества, она нанесла ещё один удар. Только сейчас стражник заметил, что рука демиурга находилась внутри его живота, сжимая когтями внутренние органы. Наэрхида резко развернулась влево, вырывая тёмно-красную кровавую массу из тела. Крик полный боли эхом разнёсся по залу.
- Тварь! Ты бросаешь вызов тому, что нельзя остановить! Уроборос вас всех уничтожит! Когда, мой господин, всерьёз за тебя возьмётся, твоя самоуверенность развеется в прах, столкнувшись с несокрушимостью его силы,- в предсмертной агонии продолжал выкрикивать охранник, зажимая руками рану.
Наэрхида усмехнулась в ответ:
- Те, кого я убью сегодня, попадут в отдельный, особенный ад! Возможно, он так и называется - «Ад для тех, кого убила Свобода». Даже, если такого места нет, оно непременно должно появиться, потому что в обычном аду всем вам не хватит места. Там и расскажешь всё это своему лжебогу, при встрече, - глаза демиурга вспыхнули яростью.
- Ад встретит тебя лучшими местами, торопись их занять, ведь очень скоро даже там станет тесно! - с этими словами Наэрхида, выхватила меч охранника и воткнула ему в горло, вспарывая.
Наэрхида частенько слышала, как исследователи перебрасывались шутками, обсуждая своих подопытных, у которых не было даже имён. Им давали лишь прозвища или просто называли по номерам. То ли в последовательности участия в опытах, то ли в соответствии с номерами камер. Когда демиурга необходимо было перевести из одной лаборатории в другой корпус крепости, её вели в клетке, без физических стен и дверей, ограниченные смертоносным силовым полем, где содержали как она могущественных объектов для экспериментов. Но одно имя повторяли чаще, чем остальные, полушёпотом или выкрикивали как проклятие. Его называли «Красный мятежник» - разрушителем храмов Уробороса. Из-за него постоянно усиливали защиту крепости.
– Полное неприятие. Увеличиваем дозу гормона, изменить построение рун в круге,– приказал алхимик, скрипнув зубами от злости.
– Пульс и давление в норме, – спустя несколько секунд сообщил помощник, не отрывавший взгляда от магического поля, считывающего физиологические показатели демиурга.
Ксенос-армада место, где разум терялся в бездне безумия, а сердце стучало в унисон с ритмом хаоса. "Я должна сохранить рассудок", - тихо, шепча, бормотала Наэрхида, царапая ногтём, твёрдую поверхность каменной плиты алтаря, на которой лежала. Её взгляд неотрывно смотрел в потолок, пока гремучая смесь из зелья и магии обволакивала её органы, впитывалась в кости, проступала испариной из-под кожи. Казалось, что может искать взгляд демиурга в этом проклятом месте, где царит расчётливая, безжалостная наука и мрак? Надежду? Наэрхида представляла себя планетой среди космического холод и чернильной тьмы пространства, исколотого мириадами ярких, колючих звёзд, как иглы с раствором, входящие в её воспалённые вены. Планета, которая превратилось в точку, и уже не грела, лишь слабо светилась отраженным светом, непроницаемый облачный покров планеты-гиганта с тёмными покоробленными горошинами, сплошь покрытыми оспинами метеоритных кратеров.
Сосущее, отравляющее чувство голода, потому что её рвало несколько дней после ритуала, вновь напомнило себе. Истощение, звон в ушах и жажда. Он ослеплял, заставлял вопить. Когда голод сводил кости, жжёг под рёбрами, она слышала шум, сводящий с ума. Ни раз алхимики пропитывали еду снадобьями и всевозможными добавками, чтобы подготовить её тело к следующей стадии эксперимента. Еда легко усваивалась, но не приносила насыщения. Каждый новый эксперимент оставлял внутри след, который Наэрхида могла «прочитать», словно код. Понимание того, что её тело – лишь набор данных, заставляло её искать способ вырваться из этой программы. Демиург уже отчаялась сбежать отсюда. Ни один из известных ей способов побега не сработал за все проведенные столетия в заточении. Стены Ксенос‐армады были слишком твёрдыми и, похоже, зачарованными, потому что при попытке использовать силу для разрушения камней её магия просто рассеивалась. Руны, как и печать Уробороса, влияли на её потоки, блокируя. Охранник, который приносил еду, даже не отвечал на её просьбы и обещания озолотить его, если он поможет ей сбежать.
В один из дней всё изменилось. Резко и бесповоротно. Под пальцами чувствовалась странная вибрация - создавалось впечатление, что вся реальность на грани разрыва. Шум на верхних этажах, крики и скрежет металла не походили на всё, что она слышала, будучи пленницей крепости. Что-то или кто-то стремительно приближался. Четверо охранников, стоявших неподалёку, напряглись, переглянулись. Потом, одна из стен зала, огромный кусок, просто исчез, оставив после себя дрожащий воздух, осколки глыб и мутную пыль. Этот момент был невероятным и ужасным: камень, который ещё секунду назад был частью храма, разрушился и его не стало. Наэрхида открыла зажмуренные глаза, огляделась, пытаясь осознать, что произошло. Вестник разрушения внешне имел чёрный костяной хвост, закованный в хитин силуэт, поражавший своей сокрушительной мощью. «Откуда он взялся? Почему он здесь? Ещё одно порождение экспериментов Уробороса?» вопросы заполонили воспаленный разум Наэрхиды. Их взгляды встретились. Один из охранников назвал его «Красный мятежник». Несколько мгновений они смотрели друг на друга, и какое-то непонятное чувство подсказало Наэрхиде: вот оно! Это был её долгожданный шанс на побег, который она просто не имела права упустить. Главным было не попасть под огонь обеих сторон и незаметно миновать ряды осаждающих. Путь к свободе был так близок, но опасен. На несколько секунд в камере появился запах свежего воздуха. Это напомнило ей о мире за стенами, заставив почувствовать, что жизнь ещё может быть иной. Следующий удар Красного мятежника совершил невозможное. Трещина, брешь в защитном поле рун, которым Наэрхида воспользовалась, чтобы освободиться из плена алтаря. Дикий рёв демиурга разнёсся по лаборатории. Леденящий душу, страшный и при этом триумфальный. Рывком, приблизившись к стражнику, что метнулся к артефакту тревоги, правой рукой из тех немногих сил, что она смогла скопить, демиург ударила в корпус. Раньше, чтобы сокрушить врага, хватило бы заклинания или взмаха оружия, но сейчас эти инструменты были ей недоступны. Слишком долго её сила подавлялась. После удара охранник врезался в стену позади, оставшись на ногах. Наэрхида был готов отразить его атаку, либо отступить, если посчитает, что не справится, но тогда ей не выбраться. Не теряя выигранного преимущества, она нанесла ещё один удар. Только сейчас стражник заметил, что рука демиурга находилась внутри его живота, сжимая когтями внутренние органы. Наэрхида резко развернулась влево, вырывая тёмно-красную кровавую массу из тела. Крик полный боли эхом разнёсся по залу.
- Тварь! Ты бросаешь вызов тому, что нельзя остановить! Уроборос вас всех уничтожит! Когда, мой господин, всерьёз за тебя возьмётся, твоя самоуверенность развеется в прах, столкнувшись с несокрушимостью его силы,- в предсмертной агонии продолжал выкрикивать охранник, зажимая руками рану.
Наэрхида усмехнулась в ответ:
- Те, кого я убью сегодня, попадут в отдельный, особенный ад! Возможно, он так и называется - «Ад для тех, кого убила Свобода». Даже, если такого места нет, оно непременно должно появиться, потому что в обычном аду всем вам не хватит места. Там и расскажешь всё это своему лжебогу, при встрече, - глаза демиурга вспыхнули яростью.
- Ад встретит тебя лучшими местами, торопись их занять, ведь очень скоро даже там станет тесно! - с этими словами Наэрхида, выхватила меч охранника и воткнула ему в горло, вспарывая.











































![de other side [crossover]](https://i.imgur.com/BQboz9c.png)



















